ГРИБНОЙ ДОЖДЬ

on

 

Дом и большой огород располагаются на вершине невысокого холма. Картофельное поле по наклонной стремится вниз по холму к капустным и редисовым грядкам, а они — к небольшой полянке и к маленькому орешнику. Тропинка от дома — круто вниз мимо картофельного поля слева, берез, осин, качелей на веревках и крошечного леска справа к реке Съеже. С левой стороны от картофельного поля, в ивах, которые означают границу нашего участка и начало территории Заброшенного Дома — маленький прудик. Он совсем небольшой и неглубокий, но мама все равно боится, что кто-нибудь в нем утонет. Поперек пруда положена прогнившая доска. Можно сидеть на ней и наблюдать за лягушками и жабами, которые тут живут. Рядом с прудом лежит поваленная толстая ива, в ней в маленьких дырочках живут муравьи, а иногда ящерица проползает по стволу. Я знаю из книжек, что если ее схватить за хвост, она убежит, а хвост останется в руке. Поэтому когда я ловлю ящериц, стараюсь хватать за туловище. Ящерицу поймать сложно – стрекозу и бабочку легче. Тем более – лягушку.

Между капустными грядками и орешником, почти на территории Заброшенного Дома есть маленький лужок, полянка, на которой растет сочная трава. Лужок скатывается к орешнику. Мы ложимся на землю и, вереща от смеха и ужаса, катимся кубарем к деревьям, застревая в первых стволах. А то могли бы катиться до самой Съежи и плюхнуться в воду. Вечером, когда я засыпаю, мне представляется, как я качусь на велосипеде по тропинке к речке и не могу затормозить на крутом спуске, въезжаю в воду на самую глубину и тут же тону. Я вздрагиваю и открываю глаза. Иногда, впрочем, эта картина видится мне, наоборот, веселой и освежающей.

В орешнике мы однажды похоронили птичку и крота, обоих в один день.

Один раз мы катались кувырком по лужку и голова у нас кружилась. Потом все разбежались, а я осталась лежать в подросшей мягкой траве. На мне — моя любимая салатовая майка с деревьями, домиками и человечками. Я просто лежала и смотрела в небо. Вдруг, несмотря на ясно светившее августовское солнце, начал накрапывать мелкий теплый дождик — слепой и грибной. Мне стало очень хорошо. Вокруг не было никого, до меня не доходило никаких звуков, мне ничего не было видно кроме неба, травы и верхушек деревьев. Было тепло, немножко душно, липко, но освежающе, и сильно пахло травами. Это, я знала, называется благодать, от такого плачут тихими теплыми слезами. Я тоже поплакала.

Потом мне сказали, что мама давно позвала всех ужинать, а меня никто не мог найти.

карта в.jpg

Вконтакте  На Фейсбуке  Канал в Telegram Instagram

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s